Кино и его призраки. Интервью с Жаком Деррида

Подписано в печать Первый завод экз. Но есть в Искусстве что-то еще помимо правильности линий и глянца поверхностей. Пластике стиля никогда не покрыть цельной идеи Предметов у нас с избытком, а форм недостает. А, может быть, и объектом.

Электронная библиотека

Как это реальное ощутить? Его оппонентом был другой крупнейший философ того времени, Эрнст Кассирер. Для Хайдеггера еще очень важно, что эта экзистенция постоянно испытывает тревогу, страх. Сами участники тоже презентовали себя по-разному. Тут есть еще такой нюанс: Вот именно такое искусство, как считает Беньямин, является наиболее радикальным:

встревожить поэта, заставив испытывать страх, которым мы, чи- татели, научились Говоря «поэтическое влияние», я не имею в виду передачу идей и образов Деррида в своем ослепительном эссе «Фрейд и сцена письма».

Текст опубликован на сайте . В журнале"Такая" публикуется с разрешения автора. Стоит ли практиковаться в таком абстрактном постмодернистском и, может быть, бессмысленном позёрстве? Может быть, и не стоит. Но, мне кажется, на это у Деррида имеются, как минимум, две серьезные причины. Но в таком случае как относиться к летальным последствиям его теорий? Вспомним ещё раз, о чем размышляет Гамлет. Так говорит Марцелус в самом начале пьесы. Ответ прост — потому что здесь гуляют призраки.

Призрак — это фантом бывшего короля, главы государства, отца Гамлета. Не стоит, кстати, забывать, когда мы думаем о наших современных призраках, что способом этого убийства был яд, залитый в уши; может быть Шекспир уже тогда предчувствовал потенциал физического насилия пропаганды? Народ чувствует себя беззащитным перед призраком, и из-за этого они просят Горацио о помощи: .

Литературная редакция Стефана Делорма. Но вот появляется несколько новых книг автора. Этого вполне достаточно, чтобы задавать вопросы философу: Даже продолжительность киносеанса вполне сопоставима со временем сеанса психоаналитического. Ведь до изобретения кинематографа эта феноменология была просто-напросто невозможна.

массы феноменом того же самого сопротивления, с которым я борол- ся у отдельных Иначе говоря, парадигма сегодняшнего положения неско и Жака Деррида, Жана-Франсуа Лиотара и Джона Форрестера,. Сержио новое > неуверенность > трата / расход > ожидание > страх.

Разумное основание и идея Университета [1] Как не говорить сегодня об Университете? Я ставлю вопрос в отрицательной форме: С одной стороны, сегодня как никогда трудно отделить нашу работу в той или иной дисциплине от размышлений о политически-институциональных условиях этой работы. Такого рода рефлексия неизбежна; она ни в коем случае не сводится к внешнему дополнению образования и научных исследований: То есть об этом невозможно не говорить. В самом деле, мне хотелось бы, предваряя грядущие дискуссии, попытаться сказать, как не следовало бы говорить об Университете; обозначить типичные опасности, которых надлежит избежать: Форма вопроса вновь неслучайна: В двух-трех словах обозначено все то, о чем я буду говорить: Каков вид, каковы виды, что открываются из Университета?

Что видят из Университета те, кто работает внутри него или на его рубежах, кто задается вопросом о его предназначении, стоя на твердой земле или находясь возле пропасти? В сущности, я всего лишь попытаюсь истолковать эту притчу. Точнее говоря, перекодирую то, что можно прочесть в самой статье относительно в высшей степени показательного характера топологии и политики Университета, его видов и местоположения, топологию корнеллской точки зрения.

С самых первых своих слов метафизика связывает вопрос видения, зрения с вопросом знания, а вопрос знания — с вопросом умения, и речь идет об умении учить и умении учиться.

Деррида Ж. Письмо и различие

Причем не только у мужчин, что логично, но и у женщин. Более того, многие художницы, проблематизирующие женскую тему в своих работах, категорически не считают себя феминистками. Я не очень понимаю, что такое популярность и чем она определяется. Если, например, мы будем измерять востребованность обсуждаемостью проблемы в СМИ, то сможем сказать, что в России не востребованы никакие социальные движения, не только женское.

В России есть множество проблем, о которых не говорят публично, но это ничего не говорит о запросе аудитории — только о медийной политике. И сферу искусства эти процессы затрагивают также.

которые Жак Деррида передал мне с Леоном Шертоком. Я, разу меется, не .. скажем, некоторые ярчайшие неологизмы Деррида, как говорят нам лингвисты с голосом, с интонацией, это породило страх выдать себя южным говором способностью испытывать любовь (полнота переживаний всех.

Хронология жизни Дерриды Введение"Больше всего на свете я люблю воспоминания и самое Память", — написал в году Жак Деррида в своих мемуарах о недавно скончавшемся друге, философе Поле де Мане. И в то же время, по признанию Дерриды, —"у меня никогда не получалось рассказывать истории". Для автора эти высказывания отнюдь не являются взаимоисключающими. Только тогда образ остается"разборчивым". Если же этот образ сделать частью некоей"истории", навязывающей ту или иную интерпретацию, то он неизбежно станет более расплывчатым и менее"разборчивым".

Вроде бы все понятно. Правда, немного неясно, почему же в самих мемуарах нет ни единого образа друга автора и даже ни единого воспоминания о нем. Само собой, нет и намека на какую-либо историю о покойном, ведь история навязывает интерпретацию. Но как ни парадоксально, эти так называемые мемуары посвящены интерпретации интеллектуальных достижений друга.

Говоря словами Дерриды, он"вступает в непрямой диалог" с де Маном и его творчеством. Интерпретация поэтому тоже неявная: Таким образом, любой, кто захочет рассмотреть теории Дерриды с точки зрения простого здравого смысла, сразу же окажется в очень неудобном положении.

\последнее интервью Дерриды\ - ..когда времени больше не будет...

Но есть в Искусстве что-то еще помимо правильности линий и глянца поверхностей. Пластике стиля никогда не покрыть цельной идеи Предметов у нас с избытком, а форм недостает.

Теперь по-русски выходят две следующие книги «О страхе» () и Собственно говоря, это не только сдвиг в России или в русском языке, . Инстанция я — посредническое агентство между внешним миром, оно и сверх-я. Вслед за Гоббсом с его чудовищным Левиафаном Деррида.

Лиотара Анализ философских интерпретаций природы техники будет не полон без рассмотрения постструктуралистских идей. Современный постструктурализм, классиками которого по праву считаются французские философы Мишель Фуко , Жак Деррида и Жан-Франсуа Лиотар , занимает исключительно видное место в философии, едва ли не по всем мировоззренческим вопросам оппонируя немецкой герменевтике и англосаксонской аналитической философии. Очевидно, что в рамках постструктурализма техника должна пониматься своеобразно.

Однако исторически сложилось так, что классики постструктурализма не позиционировали себя в качестве философов техники. В силу этого реконструкция их воззрений в техникологической перспективе приобретает особый интерес. Мишель Фуко в центр своих исследований поместил три феномена: Согласно Марксу, имеет место альянс политики с экономикой и техникой, однако Фуко полагал, что значительно важнее соединение политики с телом и его функциями.

В первую очередь нас должна интересовать не история ментальности, а история тела. В отличие от Ю. Хабермаса, своего немецкого антагониста, Фуко не был склонен ограничиваться лишь рассуждениями о дискурсах. Подобно Марксу, он придавал первостепеннейшее значение технике и технологиям. Но если Маркс понимал технику как властвующую над природой силу, то, согласно Фуко, ее сердцевиной является техника тела.

Деррида, Жак

И в определенном смысле я подписываюсь под тем, что оно говорит. Это всё равно, что сказать, что если история чьей-то жизни — детали, анекдоты, дневные события — обо всём этом только неадекватно можно рассказать, то для меня и для Хайдеггера остаётся существенным знать то, что человек думает и пишет как философ. Когда я ранее говорил в том отрывке, что вы показывали, что вы не получите много информации от нас, это было трудно, потому что я верю, что вещи должны быть спрятаны, а потому не легко говорить о личном в этих условиях, когда ты способен только вымолвить несколько фраз перед камерой.

Даже когда я поверяю вещи, очень личные, я не поверяю их в виде истории.

При этом я считаю, что настоящая проверка компетенции этолога в статьях, и тем, что они делают и говорят перед своими животными. Они боятся — следовательно, «доминируют», — но ни страх, ни мнимое этике, исследованию возможностей оказывать действие и испытывать его.

Поэзия и есть то Зазеркалье, В котором проступают наши лица. Бэкон Поэзия как выговаривание невыговариваемого. Как уже не мой и уже не текст, но и как мой и текст. Неслучайно с подачи М. То есть, вопрос, который определял проблематику текста и стратегию его чтения, предполагает восприятие мира как того, чему можно определить границу, в то время как найденная в первой реплике поэма предполагает существование на этой границе и за ней.

В лабиринте звучащих слов, в на первый взгляд игре в слова и в жанры, в ряде последовательных смысловых сдвигов и в нарушении сочетаемости слов Деррида с самого начала определяет установку на знание незнания, сон знания. Неслучайно здесь возникает образ дороги пространственная метафорика значима для него на протяжении всего эссе , но важно сразу обратить внимание на то, что это не та дорога, по которой ты двигаешься, а та, которую пересекаешь.

Не путь, а граница. Поэзия — это всегда вопрос о том, кто спрашивает, кто осмеливается спрашивать. Но задавший вопрос исчезает, ускользает от взгляда и понимания, и остаюсь только я. Но кто этот Я для Деррида? Поэзия выдвигает особые требования субъектности. Из-за чего возникает такая сложность?

Апофатика в постмодернизме

: ,.

Можно страдать нарушениями сна, а можно, как я, испытывать страх перед бессонницей. Короче говоря, я полагал, что ознакомиться с информацией – не говоря уже о выводах, которые вы сделаете из неё .. Деррида говорит.

Санкт—Петербург От постмодернизма, бывает, предостерегают. Его нередко интерпретируют как разрушение устоев, полный отказ от ориентиров и потерю пути. Эта точка зрения небезосновательна: Так и хочется на это сказать, что ведь есть вечные ценности, хочется защитить традицию и порядок. Горичева, в православных кругах понятие постмодернизма стало ругательным [1]. Однако при внимательном рассмотрении постмодернизм обнаруживает свою вписанность в контекст христианской мысли, предстает как течение внутри европейской культуры, обращающейся к своим христианским основаниям.

Мне представляется интересным увидеть соотношение классической и постмодернистской, неклассической модели культуры через соотношение катафатического и апофатического методов в богословии. В библейском богословии позитивный и негативный подходы сосуществуют: Основания катафатики коренятся во вселенскости Бога, основания апофатики — в Его сокрытости. Ее вдохновение — указать на бесчисленные совершенства и милости Божии, выявить богатство и разнообразие способов Его присутствия в мире, Его прикосновения к твари.

Она движется к Богу через созерцание и познание Его манифестаций. Катафатический подход, тем не менее, таит в себе опасность идолотворчества. Об этом говорил еще Григорий Нисский: В катафатическом дискурсе принципиальна модальность:

«Они обретут другое — политические позиции, а это дорогого стоит»

Воля к власти, Оглядываясь теперь на первую группу статей — на показательную, хотя и намеренно одностороннюю выборку представителей современной литературной критики, мы замечаем, что перед нами встают одни и те же модели. Такие писатели, как Лукач, Бланшо, Пуле или американские новые критики, в немалой степени позволяют постичь неуловимую природу литературного языка, но это отнюдь не прямое сообщение знания, почерпнутого при непосредственном исследовании или разборе произведений литературы.

Каждый раз необходимо избегать каких- либо категорических утверждений, уравновешивая их не менее напряженными, и зачастую им противоречащими, высказываниями. Подобные противоречия не перечеркивают друг друга и не сливаются в некоем диалектическом синтезе.

Она странно пересказывает Деррида. Чтение комментирующей литературы Говоря о самости, я могу перейти в политику. Опьянение, ужас, страх .

Жак Деррида За последние 30 лет имя Жак Деррида упоминалось в книгах, журналах, лекциях и кулуарных беседах чаще любого другого современного философа. В 80—е он стал объектом фильмов, мультфильмов и по крайней мере одной рок-песни, о нём издано практически равное количество как льстивых, так и бранных статей, и его перу принадлежат одни из самых сложных и труднопреодолимых философских работ своего времени.

Перед своей смертью, случившейся в году, Деррида сделал два абсолютно противоречащих прогноза относительно того, что произойдёт после его смерти, — он выразил твёрдую уверенность, что будет забыт сразу же, как умрёт, но в то же время какие-то его работы останутся в памяти культуры. Оба эти убеждения обитали внутри него совершенно отдельно друг от друга. Философский портрет Деррида определяется в этом комментарии: Петер Слотердайк считал, что как следует узнать философа можно двумя способами.

Первый — это открыть его работы и увидеть, как движутся его предложения, бегут его аргументы и строятся его главы, и в случае с Деррида это был бы самый естественный выбор, ибо он никогда не хотел быть кем-то иным, кроме крайне внимательного читателя крупных и второстепенных текстов.

Журнальный зал

Уметь хорошо играть с почтой до востребования. Сказаться отсутствующим и проявить силу, чтобы не оказаться там в ту же секунду. Не поставлять по заказу, уметь ждать и заставлять ждать так долго, сколько потребует та самая сила, заключенная в себе, — до смерти, ничего не усвоив из конечного назначения.

Я жила в коммунальной квартире, где на крохотной площади . а их в то время хватало: Делез, Деррида. Причем я ходила на лекции, слушала и Фуко , Это основное правило даже просто нравственности, не говоря уже о религии. . Я помню, что потеряла всякий страх из-за смирения.

Русский перевод ранней из них — Эдмунд Гуссерль. Тексты, переводы которых представлены в этой книге, опубликованы Деррида несколько позднее. Вопросы, обсуждаемые здесь, многочисленны. Читатель, так или иначе знакомый с философией Деррида, согласится, что в этих уже сравнительно давно написанных текстах обозначена, пожалуй, большая часть проблематики, разрабатываемой им в настоящее время. В них, стало быть, и надо искать ключи к особенностям его сегодняшней мысли.

Ответы могут быть разными. Но не в последнюю очередь и то, что за всеми разграничениями, которые критически анализируются Деррида в этих трех работах, в конечном счете вырисовывается тема бытия и коммуникации. Не изнуряют ли бытие и коммуникация друг друга во взаимных столкновениях и не исчезают ли, по сути дела, в динамике различения?

Деррида, кажется, приходит именно к такому выводу. Логические Исследования Имя, которое упомянули, напоминает нам о Дрезденской галерее и о нашем последнем посещении ее: И можно предположить, что картины этой галереи могли бы в свою очередь изобразить другие картины, которые тоже выставили читаемые надписи. Этим я хочу сказать, что звуки были вполне — и даже пугающе — членораздельны. Мосье Вальдемар заговорил — явно в ответ на вопрос… Он сказал: Вплоть до их четвертого издания не было никакого фундаментального изменения, никакого их решительного пересмотра.

КОРОЧЕ ГОВОРЯ, Я ПРИГОТОВИЛ ПИЦЦУ